Кто на самом деле придумал Пеппи Длинныйчулок — Family Tree

Кто на самом деле придумал Пеппи Длинныйчулок

Карин было семь лет, она болела воспалением легких и каждый вечер просила маму о чем-нибудь рассказать. Однажды она сказала: «Расскажи про Пеппи Длинныйчулок». Имя это родилось у Карин в голове за секунду до того, как она произнесла его, и поскольку оно оказалось необычным, под стать ему я придумала необыкновенную девочку. Потом несколько лет подряд я рассказывала дочери о Пеппи, послушать эти мои истории собирались даже одноклассники Карин, но я и не думала писать книгу».

Астероид Линдгрен

«Астероид Линдгрен» — так в шутку предложила себя называть знаменитая на весь мир шведская писательница Астрид Линдгрен, когда узнала, что в ее честь названа небольшая планета. Она действительно напоминала «астероид»: девочка из крестьянской семьи, перевернувшая представления о том, как люди должны общаться с детьми, пролоббировавшая в Швеции закон о защите животных, который тут же прозвали «закон Линдгрен», а также первый европейский закон о защите прав ребенка. «Только не насилие», — так начиналась речь писательницы при вручении ей в 1978 году Премии мира немецких книгоиздателей, и эти слова стали девизом всей жизни Линдгрен.

Простыми словами, с верой в свою правоту, Астрид говорила о детях, растущих в атмосфере насилия, предупреждала о тяжести последствий любого рукоприкладства для всей Земли и убеждала, что такой ребенок, выросший и пришедший к власти, будет вдвойне жесток и способен натворить бед во всем мире. К ней не могли не прислушаться: Швеция стала первой в мире страной, законодательно запретившей телесные наказания детей. Линдгрен была гуманистом в самом возвышенном значении этого слова, готовая прийти на помощь любому живому существу, с которым жестоко обращаются. Истоки такой любви к жизни и ко всему живому следует искать в детстве Астрид. Сама она утверждала, что именно ощущения полной свободы и защищенности, с которыми она провела детство в родном доме, дали ей необходимый запас сил для дальнейшей жизни.

Рай

Астрид Эрикссон родилась 14 ноября 1907 года в южной Швеции, на хуторе Нес (Näs) близ деревни Виммербю в крестьянской семье. Её родители — отец Самуэль Август Эрикссон и мать Ханна Йонссон — познакомились на рынке, когда ему было 13, а ей 7 лет. В 1905 году, когда Ханне исполнилось 18 лет, они поженились. Астрид стала их вторым ребёнком. У неё был старший брат Гуннар и две младшие сестры — Ханна Ингрид Стина и Ингегерд Бритта Саломе. Как указывала сама Линдгрен в сборнике автобиографических очерков «Мои выдумки», она росла в век «лошади и кабриолета». Основным средством передвижения для семьи был конный экипаж, темп жизни был медленнее, развлечения — проще, а отношения с окружающей природой куда более тесными, чем сегодня.

Такая обстановка способствовала развитию у писательницы любви к природе. Астрид всегда называла своё детство счастливым: в нём было много игр и приключений, перемежавшихся с работой на хуторе и в его окрестностях. Писательница указывала на то, что именно детство служит источником вдохновения для её творчества. Родители Астрид не только испытывали глубокую привязанность друг к другу и к детям, но и не стеснялись показывать её, что было по тем временам редкостью. В одном из интервью Астрид призналась, что она «словно парила в облаках любви» родителей к своим детям. Детям было очень «спокойно и надежно» с родителями, которые так сильно любили друг друга. «Они были всегда рядом с ними, когда мы нуждались в них, но они не стесняли нас и позволяли свободно и весело шататься вокруг, а какие прекрасные места для игр были в Нэсе нашего детства!» — писала Астрид в своих воспоминаниях.

Семья всегда будет самым главным «миром» и убежищем Астрид: ее брат и сестры еще долгое время будут жить в родном хуторе, и все вместе они будут собираться по праздникам со своими детьми, а потом с внуками. На протяжении всей жизни Астрид будет ежедневно созваниваться со своими двумя сестрами и обсуждать события прошедшего дня. Вот как описывает приезд уже бабушки Астрид в свой родной дом ее внучатая племянница Карин, внучка старшего брата Астрид Гуннара: «Несколько раз в год навестить родной дом приезжали и мои двоюродные бабушки. Астрид приезжала немного чаще других, потому что после завершения срока аренды они с моим дедом самостоятельно выкупили родные дома. Астрид отремонтировала и украсила красный дом, который мы называли «Бюллербю», так, чтобы он выглядел точь-в-точь как в ее детстве. Она останавливалась в этом доме каждый раз, когда приезжала в Нэс, и именно там она обычно играла с нами, внуками ее брата, притворяясь ведьмой. Особенно увлекательной эту игру делал именно уникальный актерский талант Астрид, благодаря которому мы никогда не были полностью уверены, что она и впрямь не превратилась в самую настоящую ведьму. Даже не все взрослые могли бы с уверенностью утверждать, что нет… Я думаю, что каждому ребенку пошло бы на пользу оказаться в таком семейном поместье».

В детстве Астрид была окружена фольклором, и многие шутки, сказки, истории, которые она слышала от отца или от друзей, легли потом в основу её собственных произведений. Её способности стали очевидными уже в начальной школе, где Астрид называли «виммербюнской Сельмой Лагерлёф», чего, по собственному мнению, она не заслуживала.

Все четверо детей Эрикссонов связали свою жизнь с писательством. Помимо выполнения сельскохозяйственных обязанностей в Нэс, Гуннар также стал членом парламента и автором политической сатиры. Стина стала переводчицей, а Ингегерд выбрала карьеру журналиста. Самуэль Август, их отец, бывало, поговаривал о них так: «У меня очень своеобразные дети. Все они заняты словами».

Одинока и бедна

Родители были спокойны за будущее Астрид, ведь в школьном аттестате были отмечены её таланты в рукоделии, а также сделан педагогический вывод, что эта девушка станет хорошей женой. Потенциальная идеальная жена была умна и потому решила, что с внешностью, которой одарила её природа, шансов составить счастье мужчины маловато. Астрид не вняла советам матери и не стала постигать секретов ведения домашнего хозяйства в терпеливом ожидании жениха. Вместо этого она устроилась на работу в местную газету на должность репортёра, увлеклась кино, джазом и танцами.

Вскоре 18-летняя Астрид узнала, что беременна от редактора журнала «Виммербю» Акселя Блумберга, у которого тогда был тяжёлый период — он разводился со своей прежней женой. Беременность Астрид могла породить вокруг Блумберга порочащую репутацию супружеской измены, и поэтому они не могли пожениться. Чтобы избежать слухов, Астрид была вынуждена уехать из Виммербю сначала в Стокгольм, а затем в Данию, где разрешалось родить ребенка, не называя своего имени и не отчитываясь о семейном положении.

«Я одинока и бедна. Одинока потому, что так оно и есть, а бедна потому, что всё моё имущество состоит из одного датского эре. Я страшусь наступающей зимы», — писала она в ту нелёгкую пору брату Гуннару. Он единственный из семьи поддерживал сестру. В декабре 1926 года Астрид рожает сына Ларса, которого ей приходится оставить в приемной семье Стевансов из-за бедности. Она вынуждена ехать в Стокгольм, где она находит работу и при каждом удобном случае мчится в Данию к сыну.

Идеальная жена

Секретарь Королевского общества автомобилистов вспоминал, что «коротко стриженная девушка, одетая в легкое, не по сезону, пальтишко, робко спросила, есть ли для нее вакансия». Она готова была выполнять любую работу. Шеф был покорен по-детски открытой улыбкой девушки и, не раздумывая, произнес: «Вы приняты». Начальнику, Стуре Линдгрену, нравилась и прилежность новой секретарши, и она сама. А некоторое время спустя он предложил ей выйти за него замуж.

В 1931 году они поженились, и Астрид взяла фамилию мужа. Супруги стали жить в небольшой квартире Стуре, и у Астрид наконец-то появилась возможность забрать к себе Ларса. А в 1934 году у Линдгренов родилась дочь Карин.

Муж был старше Астрид на семнадцать лет, и этот брак оказался на редкость счастливым. Стуре сделал блестящую карьеру и стал председателем Шведского объединения по продаже автомобилей. Семья переехала из двухкомнатной квартиры в большую, на улице Далагатан. Но главное – их теплые отношения друг с другом и с детьми. Лето проводили все вместе в Фурусунде, на берегу «бескрайнего синего моря». Фру Линдгрен наслаждалась своей ролью жены и особенно — матери. Ее сын Ларс Линдгрен, вспоминал, что мать у него была «необычная»: «Она не могла чинно сидеть на скамейке в парке и смотреть, как я играю, а непременно начинала играть вместе со мной. И, подозреваю, получала от наших совместных забав не меньшее удовольствие, чем я».

«Когда у меня появились дети, я вновь смогла утолять свою страсть к шалостям, – признавалась Астрид Линдгрен. – О, как мы веселились! Мы отправлялись гулять в парк, где росло много прекрасных деревьев – то есть таких, на которые можно вскарабкиваться, – и начинали по ним лазить. А однажды мы с Ларсом катались на льду, и вдруг раздался громкий треск. Это разорвалось мое платье, снизу доверху. Ларс всю дорогу шел сзади меня и прикрывал мой тыл, чтобы прохожим не слишком была заметна дыра».

Линдгрен продолжала писать рассказы, так, для себя, а в 1933 году начала понемногу публиковать их в шведских газетах.

Продукт природного каприза

В 1941 году семилетняя Карин заболела воспалением легких и пролежала в постели несколько месяцев. «Каждый вечер она просила меня о чем-нибудь рассказать ей, – вспоминала Линдгрен. – Однажды она говорит: «Расскажи про Пеппи Длинныйчулок». Имя это родилось у Карин в голове за секунду до того, как она произнесла его, и поскольку оно оказалось необычным, под стать ему я придумала необыкновенную девочку. Потом несколько лет подряд я рассказывала дочери о Пеппи, послушать эти мои истории собирались даже одноклассники Карин, но я и не думала писать книгу».

Однажды вечером, в марте 1944 года, Астрид Линдгрен отправилась навестить знакомого. На улице шел снег, было скользко, она упала и сломала ногу. Лежа в постели с загипсованной ногой и изнывая от безделья, она решила записать свои истории о Пеппи и подарить их дочери на день рождения. Сказка про одинокую и сильную девочку так понравилась родственникам и друзьям Астрид, что они уговорили ее отослать написанное в какое-нибудь издательство. Линдгрен перепечатала рукопись на машинке и отправила ее в «Бонньер», одно из крупнейших стокгольмских издательств. Заведомо зная, что прочитанное шокирует редакторов, она приписала в конце сопроводительного письма: «Надеюсь, вы не поднимете тревоги в ведомстве по охране детей». Рукопись ей действительно вернули, не решившись напечатать.

В том же году в издательстве «Рабен и Шегрен» ее книга о Бритт-Мари заняла второе место на конкурсе книг для подростков. Удача окрылила Астрид, и она отдала в то же издательство свою «Пеппи», в этот раз – на соискание премии «Лучшая детская книга». Результат был ошеломляющим: первое место и неслыханный успех сначала в Швеции, а потом и во всем мире. «Значит, – говорила Линдгрен, – решающим для моего творчества был тот момент, когда я сидела у постели Карин и она придумала имя героини. И еще, когда я поскользнулась и сломала ногу. Обычно я говорю, что как писатель я «продукт природного каприза». Ведь не упади я тогда в гололедицу, наверняка никогда не начала бы писать».

Воспитание любовью

«Ребенок, которого окружают любовью, и который любит своих родителей, учится от них относиться с любовью ко всему, что его окружает, и сохраняет это отношение на всю жизнь,» — писала Астрид Линдгрен. В этих словах – все отношение Линдгрен к детям. Она отвергала принципы классического воспитания, в основе которого лежала мысль о том, что ребенок – существо несамостоятельное, и им надо жестко руководить, дабы из него выросло что-то приличное. Линдгрен отстаивала огромный мир детей, гораздо более сложный и глубокий, в ее понимании, чем мир взрослых.

«Не должны ли мы в наш век непрерывных войн задуматься, нет ли изъяна в нас самих, раз мы так часто прибегаем к насилию? – спрашивала Астрид в своей знаменитой ответной речи после получения от немецких книгоиздателей Премии мира. – И начать бороться с жестокостью надо с основания нашей жизни. С воспитания детей на собственном примере». В Германии речь сочли чересчур неоднозначной и разрешили Астрид зачитать ее на церемонии вручения только после того, как она пригрозила отказаться от премии. Через год в Швеции был принят закон, запрещающий телесные наказания для детей.

Астрид была прекрасной бабушкой. Ее дочь Карен так писала про ее взаимоотношения с внуками: «Наши дети всегда знали, как сильно бабушка любила проводить с ними время и скучала по ним, когда их не было рядом. При встрече она всегда весело играла с внуками и рассказывала им сказки. Повзрослев, мы стали приезжать к ней на ужин с детьми раз в неделю. Она всегда с радостью привозила нам еду, когда мы болели, нянчилась с внуками и брала их с собой в различные поездки. Та любовь, которую она чувствовала к нам, не была любовью лишь на словах – это была любовь, которая неизменно выражалась в действии, и мы всегда знали об этом. В жизни нашей матери было два сильнейших источника радости – семья и сочинительство. К своему счастью, она умела сочетать их так, чтобы одно не мешало другому.»

Астрид Линдгрен стала первой в мире женщиной, которой поставили памятник еще при жизни. Незадолго до её кончины шведы назвали свою любимицу Человеком года. Она в ответ посоветовала своим соотечественникам быть осмотрительней в следующий раз, иначе может сложиться впечатление, что все шведы подобны ей: стары, глухи и слепы. Линдгрен прожила долгую жизнь, она умерла в 2002 году, не дожив до столетия всего пять лет. У долголетия есть и обратная сторона — Астрид пережила мужа, друзей и даже своего сына Ларса. Перед смертью она сказала, что счастлива от того, что написала обо всем, о чем хотела написать. Влияние Линдгрен на политическую и социальную жизнь страны было грандиозным – на протяжении многих лет она формировала общественное мнение по важнейшим вопросам. На ее девяностолетие премьер-министр Швеции вручил Линдгрен чек на 7,6 миллиона крон – сумму, соответствующую Нобелевской премии, одной из немногих наград, которую ей так и не присудили при жизни. Она заставила всех нас поверить в то, что Карлсон прилетит. Ведь он обещал вернуться…

Валерия Коротина

Contact Us

We're not around right now. But you can send us an email and we'll get back to you, asap.

Not readable? Change text.