Про крымский горный поход, благодаря которому я лучше узнала своих детей

Я люблю природу, при случае бегу в парк или лучше в лес, а мои дети — рядовые представители своего поколения — разговаривают мемами, цитируют видеоблогеров, готовы бесконечно рассуждать о видеоиграх. Природу они, конечно, наблюдают иногда во время прогулки или путешествия на автомобиле, но в основном благодаря моему настойчивому вмешательству. И вот этой весной мы приняли неожиданное предложение пойти в горный поход в весеннем Крыму.
Поделиться

Организаторами выступили наши родственники — настоящие путешественники и походники, на счету у которых сложные маршруты, в том числе горные: на Кавказе, Тянь-Шане, в Норвегии и много где еще. И они пригласили меня с моими мальчишками, уверяя, что поход предстоит «лайтовый», легкий — ведут детей от 11 до 14 лет. Я понимаю, что это уникальная возможность пойти в горы с такими опытными людьми. На взрослый поход с ними я бы никогда не решилась: нет у нас ни подготовки, ни отваги на серьезные горные маршруты. Обычно мы предпочитаем за такими приключениями наблюдать по телевизору :).

Детям я о походе говорить боялась. С младшим удалось договориться довольно быстро: «живописав» предстоящие приключения и разрешив в походе пользоваться перочинным ножиком. Разговор со старшим, который находится в активной фазе подросткового периода, построить было гораздо сложнее. Он, как обычно, стал шуметь и возмущаться, но и его «тонкие» места мне хорошо известны. Я упомянула, что горный поход — это такой уникальный опыт, никто из его друзей никогда подобного не делал, это испытание себя и потом мы будем собой гордиться. Подействовало.

Однако я всю дорогу готовилась к сложностям коммуникации, была абсолютно уверена, что весь поход дети будут ныть и жаловаться — короче, всячески сопротивляться получению этого самого уникального опыта. Муж, оставшийся в Москве, тоже этого опасался. Вечером накануне похода в телефонном разговоре он мне так и сказал:”Зачем ты в это ввязалась? Бедная, они же тебя заклюют живьем!”, — это говорил человек, знающий характер наших детей. Но я все решила, да и турботинки недешевые уже куплены.

Итак, мы выдвигаемся!

День первый

Выгружаемся из минивэна в горном поселке Орлиное около полудня. Коллективное фото счастливых походников на память. Все улыбаются. Под рюкзаки и вперед. Идем, как следует, хоженой тропой, вокруг лес, воздух чудесный, цветочки, свежая нежная листва, да еще и горный ручей нас сопровождает весь путь. Через пару часов решено искупаться, находим живописное место, где этот ручей образует подобие ванны. Дети в восторге, натягивают плавки, бегут в воду, визг, хохот, брызги.

Идем дальше — тропа расчистилась от деревьев, и мы увидели практически отвесную скалу. Возможно, не совсем отвесную, но, когда смотришь снизу, не понятно, как на нее забраться. Но нас в горы позвали люди опытные. В начале подъема они нам, новичкам, помогли: старшему сыну и мне хватило объяснений, куда ногу поставить, за что рукой зацепиться, а вот младший мой — довольно неповоротливый: ну, никак не получалось у него влезть на первый большой выступ этой скалы. Снизу мы толкали его под мягкую попку, другие тянули сверху за рюкзак. Уфф! Все. Залез.

Пока мы карабкались вверх, меня, конечно,не покидали мысли вроде «Что я здесь делаю?» и «Куда тащу своих деточек?». Но в тот момент важно было смотреть под ноги, как следует цепляться руками за корни и камни, не смотреть вниз и поспевать за группой.

Где-то посередине пути слышу первое «М-а-а-м!»

— Что такое, что случилось, с тобой все в порядке?
— Да все в порядке, просто все ушли вперед, а здесь тропа нечеткая, да еще место такое есть опасное: камни сыплются из-под ног. Хотел тебя предупредить. Вот сюда ногу ставь. Еще чуть-чуть, мам, мы почти поднялись.

Это мой старший сын — тот, который уже подросток… со всеми вытекающими!

Подъем окончен — мы выходим на наше первое горное плато. Все вокруг в мелких желтых цветочках. Стройные пушистые низкорослые сосны. Горные пионы разбросаны по зеленой лужайке сочными красными пятнами. Группа валяется на травке — прямо с рюкзаками на спине. Мой младший тоже лежит навзничь, лицо румяное, глаза затуманенные, ни слова не сказал, не пожаловался. Повалялись — идем дальше.

Дальше в этот день дорога была ровной, несложной, проходила по живописному, как с полотен Куинджи, лесу, озаренному закатным солнцем, встречались цветущие дикие яблони, ручей и запруды с поросшими желтой примулой берегами. И вот время первой ночной стоянки. Большая поляна с готовым костровищем и деревянным столом. Мой старший сын заранее был назначен главным по палатке. Я еще дома попросила его собрать на газоне нашу старую, видавшую виды «двушку». Он кричал, как обычно, швырял запчасти, обзывал дебилами составителей инструкции по установке палатки. А потом собрал. Легко. После того как прочитал инструкцию внимательно.

Так что в походе он быстро возвел наше временное жилище, никого к этому делу не подпускал. Я один раз показала, как оборудовать свое спальное место в палатке: набить чехол от спальника своими вещами, чтобы сделать подушку, пристроить рюкзаки под тент, чтобы не отсырели, упаковать ботинки в пакет — с той же целью. Сразу предупредила детей, что за свои рюкзаки и вещи они отвечают сами, чтоб не было разговоров вроде: «А где мои носки?»

Первая ночь в палатке. Дети в восторге, снаружи завывает ветер, палатка громко шелестит, стенки прогибаются. Нам тесно, тепло и весело. Самое время начать разговоры про чупакабру и прочую нечисть.

День второй

Утро началось с горячего геркулеса. Мои дети не едят кашу, даже в детском саду их не заставили ее полюбить. И если мелкий еще допускает какие-то послабления в привычном питании — не боится пробовать новое, то старший просто говорит: «Я кашу есть не буду». Перед походом так и заявил. Так вот, утром он первый стоял с миской в протянутых руках у дымящегося котелка. Геркулесовая каша на сгущенке оказалась очень даже ничего. Нытья и раздражения из-за еды не случилось.

В этот день мы прошли 19 км, поднимались на вершину Седам-Кая или Орлиный залет, наблюдали сказочные виды с высоты 1 026 метров над уровнем моря. Были в карстовой пещере Данильча-Коба, потолок которой усеян маленькими сталактитами, внутри озеро двухметровой глубины с кристально чистой ледяной водой. Купались у водопада Серебряные струи.

Этот долгий насыщенный день мы завершили на стоянке в ущелье, на берегу ручья, в окружении склонов, поросших цветущими ландышами и дикими орхидеями. Спали как убитые под шум водопада и шелест листвы.

День третий

Утром пошел дождь. Очень неприятно оказалось сниматься с места под дождем. Я впопыхах запихивала спальники в рюкзаки, чтобы спасти их от намокания, хотя был у нас с детьми уговор, что каждый сам отвечает за свои личные вещи, но тут форс-мажор, как говорится. Старший пытался быстро собрать палатку, чтоб не сильно промокла, а то нести тяжелее. Все грязные, раздраженные, но упакованные и в дождевиках мы тронулись в путь.

Ох, этот день оказался самым сложным. Мы долго поднимались, народу все больше, ведь шли мы к известной «Ванне молодости» в Большом каньоне. Туда приезжает много туристов на машинах. Чтобы подойти к ванне, нужно идти вдоль ручья, который из нее вытекает. Склоны крутые — часто приходилось переходить ручей по скользким камням. В самом каньоне сыро и холодно, но это никак не повлияло на желание детей искупаться.  

После отдыха и привала детей как-то развезло: по очереди они стали падать в ручей со скользких камней. Ботинки и штаны мокрые, а впереди крутой подъем на высоту тридцатиэтажного здания.

Поднялись, идем вверх уже не с таким крутым уклоном. Идем час, два, три. Стоянка еще далеко, скоро начнет темнеть, дети сильно проголодались. Старший мой сын, который подросток, с трудом справляется с голодом. Ему всерьез становится нехорошо: сосет под ложечкой, начинает болеть голова, он становится раздражительным и злым, но даже тут не ноет. А я так этого ждала!

Мелкий позволяет себе больше — поднывает, сердится на меня из-за того, что я его «потащила в этот дурацкий поход». С трудом добредаем до места нашей последней ночной стоянки. Старший настолько обессилен, так крепко, но молча страдает, что первые пять минут просто сидит неподвижно на берегу ручья с очень строгим лицом. Пять минут проходят, он также молча встает и идет ставить палатку. Мокрую, всю в земле и листве с прошлой стоянки.

Мы быстро готовим ужин: макароны с тушенкой, завариваем чай, все садимся вокруг костра. Едим в полной тишине, только стук ложек и шум воды в ручье. К чаю все добреют, начинают шутить.

День четвертый, заключительный

Снялись с лагеря, бодро устремились вперед. Выход к цивилизации, а значит мягкая постель, унитаз и горячая вода были уже не за горами. Точнее за горой Ай-Петри, с которой мы должны были как-то спуститься.

Долго идем по тропе под уклоном, и вот мы на вершине Куин-Тепе. 1 165 метров, красота, мы в облаке, всюду туман, сыро, промозгло. Дети в восторге бегают от облаков, настигающих их за секунды, опять придумывают страшные истории. Всем весело, все воодушевлены. По дороге находим в ущелье снег, дети туда спускаются, играют в снежки. Я как-то по снегу не успела еще соскучиться в начале мая :). Последний перекус в горах, разводим костер на полянке, окруженной корявыми соснами, покрытыми лишайником. Холодно, но горит костер, чай горячий, дети дурачатся. Так хорошо!

Выходим, наконец, на Ай-Петринскую яйлу. Виды — шикарные, эмоции плохо поддаются описанию. Перед нами как на ладони Ялта и округа, а главное — голубое блестящее море. Мы его не видели уже четыре дня, соскучились — жуть. Так хочется помочить в нем ноги, натруженные за время похода. Собственно, ради этих эмоций все и затевалось, но вот обсудить их с детьми тогда не было сил.

Впереди нас ждал спуск. Первые час-два все шло хорошо: дети резво спускались вниз, я фотографировала виды, но со временем ноги как-то одеревенели, мышцы заболели, а спуск стал казаться бесконечным. Но это все незначительные детали. Да, спускаться всегда труднее, чем подниматься — это знают все походники. Теперь узнала и я.

Мой старший сын опять дожидался меня на развилках, указывал, где удобнее и безопаснее пройти, боялся, что я потеряюсь, немного раздражался на мою медлительность, просил спрятать телефон и перестать фотографировать, ведь тропа крутая, а камни убегают из-под ног. А я шла и думала: «Когда он успел стать таким взрослым? Сильным и заботливым молодым человеком, который стремится опекать свою вполне еще бодрую мать». Признаюсь, я ждала скандалов и нытья, а получила внимание и нежность.

Младший тоже приятно удивил. В начале нашего похода были даже слезы усталости. В первый день мне было его очень жалко! Но уже вечером на стоянке, после долгого перехода, он около часа бегал с девочками по поляне, играл в салочки, так что силы, как я поняла, были. Зато он мыл посуду после каждого приема пищи в ледяной воде горных ручьев. Это была его обязанность, и он выполнял ее беспрекословно, без жалоб и нытья, что было для меня настоящим чудом!    

О нашем походе я не жалею ни капли, хоть было и тяжело. И местами опасно. Хорошо, что я не узнала подробности о предстоящем маршруте, иначе не решилась бы. Этот поход оставил нам с детьми воспоминания и опыт. О своем они расскажут мне позже. Ну, а я просто счастлива, что побывала в горах с сыновьями, делила с ними радость от увиденного, получала от них поддержку и заботу и, наконец, что так их недооценивала.

 

Фото из семейного архива автора.

Вас может заинтересовать:

Вас могут заинтересовать эти статьи